Народы
Южного Урала
Инга Андроникова. Хранитель цыганской культуры
Трудно переоценить вклад этнографов в сохранение культуры, истории, языков и традиций народов. Особенно это касается фольклора, который, по сути, можно считать венцом любой народной культуры. Как и с писателями, работы этнографов, да и они сами, нередко оказываются недооцененными при жизни. А впоследствии выясняется, что их самоотверженный труд, благодаря которому сохранены многие данные о народе, имеет небывалую ценность.
Именно так можно сказать об одном из величайших советских этнографов - Инге Андрониковой, которая родилась 29 сентября 1937 года. С самого детства Ингу Михайловну привлекал цыганский фольклор. С ленинградскими цыганами она начала общаться еще в 1948-1949 годах. Ее мать, Екатерина Васильевна, познакомила дочку с писателем Львом Васильевичем Успенским. В письмах к нему девочка представляла цыганские песни. Стихи и сказки она передавала в письмах арабисту Игнатию Юлиановичу Крачковскому. Что интересно, молодой Инге посвящал стихи будущий член Союза журналистов, Союза писателей России, Заслуженный работник культуры РФ, поэт Николай Александрович Василевский, тогда — цыганский мальчик по имени Коля.
После школы Инга Андроникова поступила на заочное отделение факультета журналистики Ленинградского университета, которое окончила в 1964 году, защитив диплом по теме «Из истории печати цыганского народа 1920-х—1930-х годов». Для создания этой работы она просмотрела большое количество литературы, периодики и агитационных материалов на цыганском языке, выходивших в СССР. Итогом этой работы стала библиография «Литература на цыганском языке», содержащая перечень книг и статей по темам, составленный по фондам Государственной Публичной библиотеки им. М. Е. Салтыкова-Щедрина. Машинописный экземпляр библиографии в настоящее время хранится в отделе национальных литератур Российской национальной библиотеки, а рабочая картотека по цыганской литературе поступила в Российский институт истории искусств в составе архива Андрониковой.
В 1963 году был опубликован сборник «Сказки идущих за солнцем». Инга опубликовала его под псевдонимом Инда Романы́-Чай, что значит «Цыганочка». Сборник был составлен по мотивам цыганского фольклора, а предисловие к нему написал Лев Успенский:
Теперь журналистка Андроникова располагает немалым сокровищем: больше двенадцати тысяч пословиц, свыше пятисот записанных со слуха песен, около ста сказок хранится в её архиве; работа — Далевского масштаба!
В журнале «Звезда» (№ 11, 1963) был опубликован положительный отзыв, сказки зачитывались на радио профессиональными чтецами. В качестве музыкальных заставок в этих студийных записях использовались песни и инструментальные композиции в исполнении цыганского хора под руководством Алексея Васильевича Дулькевича-старшего. Это определенно можно считать успехом.
В 1965 году Инга Михайловна написала работу «Литература на цыганском языке, изданная в СССР, как источник этнографических сведений о цыганах» и статью «К истории жанров цыганской публицистики».
С 1 декабря 1966 года по 30 марта 1969 года Инга Андроникова обучалась в аспирантуре Института этнографии им. Н. Н. Микухло-Маклая АН СССР. В аспирантуре Инга переключилась с фольклора на материальную культуру цыган.
С этого момента начинается далеко не самая лучшая полоса в жизни Инги Андрониковой. Научное сообщество упорно не хотело признавать в ней равную. Может быть, из-за того, что она была журналисткой. Может быть, это было связано с выбранной ею темой. Тем не менее, защитить диссертацию ей так и не дали. Только один человек выступал в ее защиту — этнограф и историк Сергей Александрович Токарев. На защите Андрониковой он так прокомментировал обсуждение:
Токарев. Отмечает, что его удивляет ход обсуждения. Никто не говорит о том, что нового вносит в науку эта работа. Диссертация С. А. Токареву представляется очень ценной, и прежде всего потому, что она посвящена народу, о котором мы очень мало знаем. Ценность этой работы заключается и в том, что в ней описаны не только вещи, но за вещами хорошо виден живой человек. Мы видим не просто жилище, а как люди живут в этом жилище. Недостатки в работе, конечно, есть, но они не должны заслонять её общей высокой оценки. (Из рукописного протокола заседания)
Инга Андроникова пыталась защититься повторно, но и во второй раз ее ожидал провал. После этого она вернулась в Ленинград, где устроилась работать в Ленинградском отделении Института этнографии. Но и здесь ее ожидала неудача. продолжить исследования ей не удалось, так как ее приняли на работу лишь лаборантом. Признавать ученым ее упорно отказывались, из Московского отделения Института ей так и не прислали справку об окончании аспирантуры. Ей даже отказали в возврате рукописи диссертации. Правда, все это нисколько не мешало ее «коллегам» постоянно обращаться к ней за помощью, когда нужно было давать официальные ответы на запросы зарубежных коллег о цыганах СССР, а также на запросы МВД.
Лишь однажды Инге Андрониковой улыбнулась удача — в 1970 году были опубликованы тезисы доклада «Изменения в материальной культуре русских цыган в процессе оседания». На работе на нее регулярно писали докладные, в которых обвиняли её в «недостойном поведении». Когда она заболела воспалением лёгких, в Институте ей оформили прогулы. А потом ее уволили по сокращению штата.
На этом злоключения Инги Андрониковой, величайшего цыганолога, не закончились. Дальше становилось только хуже. Инга Андроникова пыталась опубликовать свои труды: «Очерки о цыганах» (с уникальными фотоиллюстрациями), «Термины материальной культуры русских цыган и их словоупотребление в фольклоре», «Песни русских цыган» (почти 500 цыганских народных песен), «Сказки русских цыган». Но отовсюду получала отказы.
Не понимая причин для отказа, считая необходимым публиковать работы о цыганской культуре ради ее сохранения, Инга Андроникова стала писать письма в отдел науки ЦК КПСС и в Совет Министров РСФСР. Внимания она добилась однозначно. Только совсем не в той форме, в которой хотела. В 1974 году в ее квартире был проведен обыск. Практически все ее работы по цыганской культуре и фольклору были изъяты.
Такой стресс серьезно сказался на здоровье 37-летней Инги Андрониковой. У нее отказали ноги, начались серьезные нарушения мозговой деятельности. Семья, правда, так и не дала точных сведений о том, какого рода было расстройство: нервное или психическое. Умерла Инга Андроникова 3 октября 1994 года.
После ее смерти, в 2006 году, была издана книга «Язык цыганский весь в загадках». Правда, составители книги оспаривают единоличное авторство всех трудов и исследований Инги Андрониковой. Тем не менее, ее собственный вклад невозможно переоценить.
На страницах книги «Язык цыганский…» перед нами предстают не мифические, а реальные русские цыгане. Это таборы, в которых мужчины нанимаются пахать крестьянские огороды и в годы суровых испытаний идут в партизаны. Мы видим особую систему ценностей, в которой сноровистая жена-попрошайка уважаема табором больше, чем цыганка, которая вышла замуж за богатого дворянина [Андроникова 2006, 115, № 2225]. Здесь отражены тонкости зимнего постоя, специфический взгляд на другие нации, и сотни других тем, которые невозможно сочинить, будучи посторонним человеком. Это можно только записать, находясь в национальной среде. Занимаясь полевыми исследованиями в течение двадцати лет, я постоянно сталкивался с цыганскими стариками, которые подтверждали реалии, зафиксированные в коллекции И. Андрониковой.
Это слова цыганолога Николая Владиславовича Бессонова. На своем сайте он так написал об Инге Андрониковой и ее вкладе в цыгановедение:
Если и есть что-то истинное в знаменитой булгаковской фразе: «Рукописи не горят» — то это именно об архиве Инги Андрониковой
0


Подписаться на новость Инга Андроникова. Хранитель цыганской культуры
При изменении новости вы получите уведомление на E-mail.
Подписаться
Уже подписались: 0

Обнаружили ошибку или мёртвую ссылку?Выделите проблемный фрагмент мышкой и нажмите CTRL+ENTER.

Добавить Комментарии (0)
Добавить комментарий


Меню
menu